Тимофей Окроев, известный до недавнего времени как предприниматель и инвестор, возобновил свою актерскую карьеру в 2022 году после 30-летнего перерыва. Он окончил театральное училище им. Бориса Щукина в 1992 году, однако тогда его карьера была поставлена на паузу.
В интервью с Тимофеем Окроевым, опытным предпринимателем и молодым актером, мы обсудили его возвращение к делу мечты после 30-летнего перерыва, пересечения реальной и экранной жизни, а также миссию киноискусства
— Тимофей, когда случилась Ваша первая роль?
— Моя первая роль случилась только спустя 30 лет после окончания театрального училища им. Щукина и стала для меня неожиданностью. До этого я был актером только в кругу семьи, своих клиентов и тех, кто приглашал меня вести мероприятия. Хотя это и было по любви, но нельзя было назвать профессиональной актерской деятельностью, ведь к тому моменту я очень много лет занимался бизнесом. И вот сейчас со мной случилась роль, если быть точнее одна из главных ролей в сериале Андрея Сергеевича Кончаловского под рабочим названием «Хроники русской революции». Мне посчастливилось играть бок о бок и вместе с такими блестящими актерами как Юлия Высоцкая, Юра Борисов, Евгений Ткачук, Никита Ефремов и другими.
— Чем запомнилась первая роль?
— Эта роль мне запомнилась тем, что я не ожидал ее получить. Знаю, что было много претендентов, но Андрей Сергеевич решил доверить ее мне. На мой взгляд, это было не только доверием с его стороны, но и проницательностью великого мастера. Запомнилась она мне также и тем, что она стала для меня вхождением в профессию заново. Мне приходилось учиться на ходу. Хотя если в твоей жизни было актерство, то оно навсегда остается частью тебя. Это как ездить на велосипеде — если ты после перерыва в 20 или 30 лет подойдешь к нему, то тебе не составит труда сесть на седло, нажать на педаль и двинуться с места. Возможно, поначалу ты будешь пошатываться, но потом будешь двигаться все увереннее.
— Какой именно педагогический подход Андрея Сергеевича вы считаете наиболее ценным для своего актерского развития?
— Я запомнил эту роль благодаря удивительным педагогическим советам, которые давал мне Андрей Сергеевич во время работы над ней. Это характеризует его как величайшего кинопедагога: даже когда кажется, что он не ставит никаких актерских задач, он видит целостный образ, как персонажа, так и всего фильма в целом. Для меня это было очень значимо, и я ощутил, как его подход способствовал моему актерскому развитию. Парадоксально, но мой дядя Николай Бурляев сыграл главную роль в первой работе Андрея Сергеевича. И для меня в свою очередь большая честь, что я снялся, как говорят в армии, в «крайней» работе великого мастера.
— Тяжело ли перевоплощаться в персонажей, которые Вам абсолютно не нравятся?
— Нельзя играть персонажа, который не нравится. Его нужно полюбить. Нас еще в театральном институте учили, что нужно искать в своем персонаже то, за что его полюбит зритель. Даже если это отрицательный герой, мы сами для себя должны понять и оправдать его. Ведь у каждого героя есть своя мотивация и нам важно ее находить и внутри себя оправдывать. Тогда персонаж будет объемным, а не плоским. Тогда он будет похож на живого человека, которым он и должен быть. Итак, тяжело ли перевоплощаться? И да, и нет. Если ты его не полюбил и не оправдал, то да, тяжело. А если полюбил, нашел оправдание его поступкам, словам, то тебе очень повезло, потому что жить с ним на сцене и в кино будет просто.
— Самая сложная роль, которую доводилось играть? Чем она была сложной?
— После участия в фильме Андрея Кончаловского, мои друзья-продюсеры, включая Евгения Попова и Константина Харалампидиса, пригласили меня в проект киножурнала «ВСЛУХ!» от кинокомпании «АРТОС». В этом коротком метре я сыграл уже шесть ролей, в том числе офицера ЦРУ, говорящего на английском. Несмотря на знание языка, роль была сложной, так как персонаж отрицательный и многослойный, и мне пришлось потрудиться, чтобы понять его мотивацию. В другой новелле я играл иностранца, испытывающего ностальгию по прошлому. Его бабушка жила в центре Москвы, и он пытается найти её дом. Эта история перекликалась с моей, так как я долго жил за границей, и не смог попрощаться с бабушкой, когда она умерла.
— Насколько тесно переплетается Ваша экранная жизнь с реальной?
— То, что происходит в кино или в театре, нельзя переносить в свою повседневную реальную жизнь. Отчасти, на мой взгляд, актерские семьи распадаются именно потому что есть некий соблазн перенести свое сценическое существование на повседневную реальную жизнь. Я благодарен жизни, судьбе и Богу за то, что я не стал актером, будучи молодым и нетвердо стоящим на ногах. Я еще не был достаточно зрелой личностью, способной не переносить свою театральную жизнь на реальную.
— Какую ответственность несет актер перед зрителями?
— Очень важно понимать, что это игра и вымысел, которые дают тебе огромное вдохновение. Но в реальности ты призван быть сильной личностью со стержнем, в том числе нравственным. Поскольку на тебя смотрят тысячи глаз, ты несешь определенную ответственность за то, чтобы участвовать в этой миссии кино давать людям надежду. А как ты будешь нести людям надежду, если ты сам не соответствуешь понятию целостной личности или хотя бы не стремишься к этому? Как без этого ты можешь участвовать в этом высоком искусстве? С годами я понял, что это призвание, которому надо соответствовать своей целостностью, своим серьезным отношением к жизни, к себе, к людям, к Богу, к миру и к тому, что нас окружает. На мой взгляд, это очень важно.
— Как Вы видите связь между экранной и реальной жизнью?
— Так или иначе, жизнь экранная и реальная между собой переплетаются, потому что я, как Тимофей Окроев, могу сообщить что-то о своих ценностях, из своего кодекса чести и мировидения зрителю через эти средства художественной выразительности, которые называются актерским искусством.
— Если бы не получилось стать актером, то кем бы были сейчас?
— Когда меня спрашивают кто я, сразу вспоминаю все архетипы, к которым я принадлежу: я мужчина, я муж одной жены и отец пятерых детей, я предприниматель, творец и основатель «Русской переводческой компании», которая дает рабочие места большому количеству переводчиков — лучшим из лучших в своем деле, «чемпионам мира» по переводу. Они работают на президентских мероприятиях, переводят для ООН, ВОЗ и других ведущих компаний в России и за рубежом. Так что в моем случае это не «стал бы», а «стал».
— Ваши любимые фильмы?
— Очень люблю всего Василия Шукшина, в частности «Калину красную». В современном кинематографе не хватает как раз такого замедленного темпоритма, в котором можно остановиться, подумать вместе с героем.
— Какой фильм Вы считаете своей «хрестоматией»?
— Очень люблю «Любовь и голуби». Киноэпопея «Вечный зов» — это вообще моя хрестоматия. Через этот художественный вымысел я смотрел историю Советского Союза и России, ведь это вымысел только отчасти, в нем много исторической правды. «Отец солдата» я считаю шедевром, который продолжает разговаривать со зрителем сквозь десятилетия. Очень люблю Роберто Бениньи «Жизнь прекрасна», нравилась когда-то трилогия «Три цвета» Кшиштофа Кесьлёвского.
— Какой режиссер и фильмы особым образом влияют на Вас?
— Очень люблю Тарковского, его особый язык. Мне дорог фильм «Андрей Рублев», потому что в нем играет мой дядя Николай Бурляев. Играет одну из лучших ролей в истории советского кинематографа: колокольного мастера Бориску.
— Как актер я вырос на фильмах с Робертом Де Ниро: мне очень близка стилистика фильма «Однажды в Америке», я потом стремился воспроизвести этот язык на сцене студенческого театра, когда мы делали наблюдения и работали над образами. Именно поэтому после театрального училища им. Щукина отправился на стажировку в театральный институт имени Ли Страсберга, где учились и Роберт Де Ниро, и Аль Пачино — актеры, которых я очень люблю. С последним отмечу «Крестный отец», один из моих любимых фильмов.
— Кто для Вас является мастером и любимым режиссером?
— Совершенно точно своим мастером, педагогом и любимым режиссером я считаю Андрея Сергеевича Кончаловского. Во многом благодаря тому, что мне довелось с ним поработать. Одна вскользь оброненная им фраза о том, что кино должно давать людям надежду открыла для меня целый мир творчества. После этих слов я долго размышлял и вспоминал, что на протяжении всей жизни был окружён удивительными людьми. В моем детстве дверь нашей коммунальной квартиры на улице Горького (ныне Тверская) всегда была открыта для них. Среди этих людей были великие актеры, такие как Василий Борисович Ливанов, а также известные писатели — Астафьев, Проскурин, Распутин, космонавты и балетные артисты, включая Мариса Лиепу. Я вспомнил, что имел честь быть свидетелем московских разговоров на кухне с участием этих замечательных личностей.
— Какое осознание пришло к Вам после слов Кончаловского?
— Зацепившись за слова Андрея Сергеевича, я понял, что многие замечательные люди уходят, а мы потом кусаем локти, потому что понимаем, что не договорили с ними о чем-то важном. Я захотел сделать так, чтобы глубина их человеческой личности, мудрость и профессионализм дошли до следующих поколений. Так родился мой собственный проект «ОКРОЕВ. Киноинтервью». Разговоры с людьми, которые стоят на пьедестале, которые многое сделали для страны. Через художественные и технические средства мы раскрываем героя не только как мастера своего дела, но и как личность. Мы показываем людям образ надежды и всевозможности. Потому что наши герои, как и все остальные люди, ходят по нашей земле, в определенные моменты они падали, вставали, шли дальше, любили свою мечту и цель и шли к ней несмотря ни на что.
